Предыдущая Следующая

Так в Москву пришел панк-рок. С Николаевского вокзала.

Впрочем, главный авторитет в этой области, мой коллега по "Урлайту" Д. Морозов считает, что панка у нас практически нет. Я не спорю, пусть будет "анархический рок", но речь пойдет о том, что у нас повелось называть панком.

А между тем было время, когда панками называли всех, кто пел не о БАМе и не о замках со свечами (парусниках в океане). Да и сами певцы от Такого титула не отказывались. "Барышни в столице милы, но не для нас, они не любят звезд панк-рока, идут в сплошной отказ", — пел Майк явно о собственных злоключениях. Но безусловно, куда большее право назваться панками имели АВТОУДОВЛЕТВОРИТЕЛИ — "творческая" фракция неформального, как сказали бы сейчас, объединения "зверей", агрессивно настроенных питерских пэтэушников и бездельников.

У зверей (снимем кавычки) выработались свои небезобидные и небезопасные для них же ритуалы, например, "День аптеки" ("Сегодня пьем только то, что продается в аптеке!"). Они носили гордые имена "Зверский", "Оголтелый", "Нехороший" и — даже — Пиночет, ласкательно — Пиня. Свинья жил в комнате, где не было ничего, кроме дерюги на полу, плаката SEX PISTOLS и колонки с проводом, уходящим через дыру в стене к магнитофону уже в комнате матери. Так хозяин оберегал самую уязвимую часть звукосистемы от неосторожных действий гостей — а, может, и своих. АВТОУДОВЛЕТВОРИТЕЛИ вознамерились познакомить нашу аудиторию с SEX PISTOLS так же грамотно, как БГ познакомил ее с DOORS. Отсюда название группы — вольный перевод с английского.

Но в минуту откровенности Свинья признавался, что никакой он не панк, а "просто шалопай такой веселый". Или (другой вариант) — "ковбой в смысле рожу начистить".

Звери интересовались не только музыкой. Случалось им бывать и актерами. "Юфа", известный ныне режиссер, о котором пишут умные статьи "параллельные" кинокритики, снимал с их участием всякую гадость на улицах города. Тогда его кинозарисовки "Вести из леса" обсуждались в более простых выражениях — и, по-моему, толку было больше.

В 1982-ом году в "могиканских" прическах можно было идти, как и в подштанниках в булгаковские времена, только в одно место — в отделение милиции. Поэтому во внешнем облике и в одежде зверей доминировал "почвенный" стиль "рашен бич" (тоже забирали, но не так скоро и не с такой энергией). Сложнее всех приходилось самому Свинье. Советскую одежду покупать ему было решительно не на что, поэтому волей-неволей приходилось носить то, что присылал из-за границы папа. Но, надо признать, Андрей довольно быстро и успешно приводил буржуазные шмотки в соответствие с "почвенным" идеалом "я ночую на вокзалах".


Предыдущая Следующая